В чём уникальность Гомеля? Ответ на этот вопрос корреспондент “ГП” искала, беседуя с историком Евгением Маликовым и архитектором Сергеем Кривошеевым.

Евгений МАЛИКОВ, историк, кандидат искусствоведения. Полтора года назад защитил кандидатскую диссертацию на тему “Деревянный архитектурный резной декор юго-восточной Беларуси конца ХIХ — первой половины ХХ века”. Автор публикаций в журнале “Архитектура и строительство”. Неоднократно выступал в “ГП” со статьями о необходимости сохранения историко-культурного наследия Гомеля.

— С каждым годом Гомель меняется. Не случится ли так, что при всем индустриальном развитии мы можем утратить нечто уникальное, присущее только нашему городу?

— То, что город развивается, прекрасно. Но давайте поговорим о другой стороне медали. Да, у нас есть дворцово-парковый ансамбль, который можно показывать гостям города как нечто уникальное. Но этого крайне мало. Мне неоднократно приходилось проводить экскурсии для иностранцев. День уходит на прогулки по парку и знакомство с Дворцом Румянцевых и Паскевичей. На следующий день в воздухе повисает один и тот же вопрос: а что у вас еще можно посмотреть? Неплохо было бы побродить с туристами по старым кварталам, показать деревянные дома, украшенные неповторимым декором, тогда они ощутили бы колорит города. Я убежден в необходимости создания исторического центра — Старого Гомеля — и это осуществимо, пока у нас еще сохранились уникальные постройки, достойные представлять старинную архитектуру, присущую только нашему городу.

— Сколько в Гомеле таких домов и в чем их уникальность?

— Главная изюминка в том, что на юго-востоке Гомельщины сложилась традиция неповторимого резного декора, охватывающая также приграничные районы Черниговщины и Брянщины. Так вот самые старинные и яркие образцы такого декора есть только на деревянных домах Гомеля. Если лет 10 назад в областном центре можно было насчитать 150 таких домов, то сейчас их около 70: многие уже снесены или обшиты сайдингом. К примеру, снесены красивые дома по улице Полесской…

— Ну а как, по-вашему, можно решить проблему пробок на Полесском мосту? Вряд ли автомобилисты поддержат вас в необходимости сохранения нескольких частных домов взамен на ежедневную перегруженность транспортной магистрали…

— Никто и не говорит, что реконструкция Полесского моста не нужна. Просто есть другой выход из ситуации: сохранить эти дома путем перемещения их в специально обозначенную зону. Причем я не за то, чтобы прямо все старые дома переносить: в каких-то случаях достаточно сохранить отдельные представляющие собой интерес детали, если дом стал ветхим. Например, на улице Портовой есть уникальный дом. Там такой огромный резной карниз! Я объездил всю Гомельщину и половину Черниговщины и нигде шикарнее не встречал! Сохранить бы этот дом с декором, и в принципе меня как историка больше на Портовой ничего не интересует. Ну и к тому же треть из представляющих собой интерес домов уже находится на территории, которая может стать Старым городом, а следовательно, их не надо переносить.

— Когда вы говорите о создании Старого Гомеля, имеете в виду конкретное предложение о его границах или это пока некое абстрактное умозаключение?

— Нет, почему же? Вполне конкретное. Осуществить такой проект можно в границах современных улиц Артема — Пушкина — площади Ленина — Кагального рва — Пролетарской — Плеханова — Фрунзе — набережной реки Сож. Это центр города, здесь сохранилось несколько десятков официально взятых под охрану государством памятников архитектуры, и перенесенные с других уголков города дома были бы прекрасным дополнением. Такое насыщенное историческое своеобразие города позволило бы увеличить приток туристов, ведь в основном приезжают посмотреть город в целом, а не отдельные его памятники.

— Есть ли в других областных центрах опыт по сохранению историко-культурного наследия, который мы могли бы перенять?

— В Гродно сохранилось много старины, но сравнивать его с Гомелем я бы не стал потому, что Гродно был богатым губернским городом и постройки XVII — XVIII веков были в основном из кирпича и природного камня, которого в той местности было в достатке. Гомель же стал большим городом значительно позже, и постройки в нем были преимущественно деревянные. Так вот, в Гродно есть Старый город, но он, насколько мне известно, не зафиксирован в документах. А это значит, что любой человек может купить там дом, перестроить его, получив разрешение и не нарушив при этом никаких законов. В качестве примера, который мы могли бы взять себе на вооружение, пожалуй, можно использовать опыт Витебска. Единственный из областных центров, этот город разработал концепцию воссоздания облика своего исторического центра.

— Хорошо, давайте представим себе, что старинные дома с уникальной резьбой будут собраны воедино, образуя собой прекрасный облик Старого Гомеля. Но какое-то применение должно быть у этих построек? Не будут же они стоять, зияя пустыми окнами…

— По требованиям современной практики реставрации кварталов исторической застройки, они, разумеется, должны быть наполнены функционально, причем не только музеями. Потому что если в этой части города будут размещены исключительно музеи, выставочные залы и мастерские, то она будет жить только днем. Нужно, чтобы в таком районе жили люди, играли дети, чтобы там были небольшие кофейни, ресторанчики с национальной кухней, уютные мини-отели… Как это бывает в старых центрах европейских городов. Неплохо, чтобы у нас начала развиваться национальная клубная культура…

— Все это великолепно, но как насчет пожарной безопасности: постройки деревянные все-таки?

— До нашего времени они же как-то простояли! Нужно обеспечить их пожарными извещателями, установить между ними глухие каменные стены — брандмауэры.

— Сама по себе идея создания Старого Гомеля кажется весьма перспективной, но давайте все же спустимся с небес на землю: поговорим о финансовой стороне дела. Ведь как минимум каждому владельцу такого дома надо предоставить квартиру, а то и несколько, я уже не говорю об остальных расходах по воссозданию исторического центра…

— Многие из этих красивых строений попадают под снос, и людей в любом случае будут выселять с предоставлением им жилья. А судьба уникальных домов после отселения жильцов известна: они превратятся в груду мусора. Но если их сохранить и грамотно вписать в архитектуру города, то у нас появится возможность продемонстрировать всему миру уникальность, свое неповторимое лицо. Конечно, придется вложить деньги в качественный перенос, в осуществление самой концепции. Но опять же показателен пример витеблян, которые ищут под свой проект инвесторов. Не найдут сейчас, найдут позже. Главное, что они застолбили в городе пространство с установкой, что тут не будет строиться никаких других сооружений. То же самое необходимо сделать и нам: разработать концепцию развития своего исторического центра и составить перечень объектов, которые будут в него включены.

— Если подобному проекту будет не суждено сбыться, какой прогноз вы можете сделать на будущее?

— Я уверен, что на фоне Гродно, Витебска, Могилева наш город будет проигрывать и рано или поздно мы придем к тому, что обязательно захочется иметь свой уникальный колорит. Но пройдет лет 20 и я уверен, что город все равно придет к такому решению. Но может сложиться так, что тогда уже не останется ни одной постройки 1880-х годов. Придется собирать из Гомельского, Ветковского и других районов еще не снесенные и не обшитые сайдингом дома 1960-х годов, свозить их в какой-то резерват (может, в Старой Волотове или Давыдовке) для создания музея народной архитектуры под открытым небом. Но это уже будет совсем не то… Я уверен, что так оно и будет, если сегодня в полной мере мы не осознаем всю важность сохранения своего деревянного историко-архитектурного наследия и не займемся этим вопросом серьезно.

Сергей КРИВОШЕЕВ, заслуженный архитектор Беларуси. Более 40 лет в профессии. При его участии разрабатывался генплан города и множество проектов его преобразования: от истоков освоения пойменных территорий в Волотове и до застройки современных микрорайонов.

— Историки опасаются, что со временем полностью сотрется историческое лицо Гомеля и навсегда будет утрачен его неповторимый архитектурный колорит. Что вы как профессионал можете ответить по этому поводу?

— Я двумя руками за сохранение истории, традиций. Считаю, что проект создания Старого города требует очень серьезного и основательного подхода. Не хотелось бы, чтобы это было, к примеру, как в Нижнем Новгороде. Там сохранились добротные купеческие дома, и когда видишь их вперемежку с современными многоэтажными строениями, возникает ощущение: наверное, их просто забыли снести, настолько это выглядит эклектичным, несвязанным единым архитектурным замыслом.

— Понимаю, что мы сейчас с вами просто рассуждаем. Давайте помечтаем: где, по-вашему, мог бы размещаться исторический центр города, который можно показывать туристам и самим наслаждаться стариной?

— В принципе, эта идея для нас не нова, хотя в Гомеле, к величайшему сожалению, нет мощного исторического наследия. Еще в 80-х годах мы разрабатывали подобный план, и даже название у него было — “Спасова слобода”, но он по многим причинам не был реализован. Абсолютно убежден в том, что не все постройки нужно сохранять там, где они размещены сейчас. Как вариант, можно отвести место для Старого города в районе зеленой зоны по улице Космической. Свезти туда деревянные дома, которые краеведы и историки оценят как уникальные. Или, может, в Белице такое место подыскать. Потому что рядом с современным микрорайоном или внутри него, повторюсь, будет впечатление, будто к костюму пришита другая пуговица. Иначе у нас не будет ни нового реконструированного центра, ни старого. К тому же, не думаю, что эти частные дома представляют собой такую большую ценность, чтобы иностранцы хлынули посмотреть на них.

— Пусть не такую уж и большую ценность, но, например, я бы с удовольствием побродила по мощенным булыжником улочкам, любуясь деревянными строениями конца ХІХ века. Уверена, что таких желающих немало…

— И это вполне допустимо. Генеральным планом развития Гомеля, который разработан в 2005 году, предусмотрен Город мастеров, который предполагается разместить в районе улиц Пролетарской-Гагарина-Комиссарова и дальше почти до Фрунзе.

— Что вы подразумеваете под Городом мастеров?

— Это будет тот же Старый город, о котором вы говорите. Представьте себе, гончарную, где человек будет жить и работать. Действующие мастерские, где туристы смогут не только увидеть старинные прялки и другие предметы быта, но и наблюдать за процессом работы чеканщика, кузнеца и так далее. Здесь же были бы размещены магазинчики, в которых можно купить тканое покрывало, к примеру, или вышитый рушник. В Город мастеров вполне можно было бы перевезти и несколько красивых деревянных домов, украшенных резьбой — вот вам второй вариант решения проблемы. В общем, идея не нова, и, как видите, Город мастеров заложен в генеральный план города. А это значит, что к детальной разработке этого проекта могут подключиться историки и краеведы, а также инвесторы.

Наталья Пригодич, «Гомельская правда», фото: автора и из личного архива Евгения Маликова

Улица Парижской коммуны, 7-а. Снимок сделан в июле 2008 года. Жаль, что этот яркий образец дореволюционного дома с мезонином, украшенный своеобразным гомельским декором, сохранился только на снимках: дом снесен. (Фото: Вячеслав Суходольский)

Один из красивых домов Новобелицы. Яркий пример потери самобытности гомельской деревянной архитектуры прошлых лет.

Улица Волотовская, 17. Официальная дата постройки 1917 год, но историки утверждают, что дом был построен значительно раньше. По имеющейся информации, в нем последние годы проживала Ирина Ивановна Паскевич, отсюда же ее вынесли хоронить.